Все началось давным-давно, когда молодой учитель, которого еще никто в жизни никогда не называл Владимиром Михайловичем, приехал по распределению в глубинное село после окончания вуза и начал преподавать, как его учили в институте. Но, к сожалению, а теперь уже можно сказать и к счастью (время показало), слушаться молодого учителя дети не хотели, они не понимали, о чем говорил им «по-иностранному» этот новенький. А когда Владимир Михайлович раздражался и начинал повышать голос, они веселились еще больше.
Однажды на уроке учитель заметил, что большинство ребят потихонечку, чтобы он не увидел, передают друг другу записки. Игра в «Почту» в те времена была почему-то необычайно популярна. Писали про все — про футбол, про любовь, про «Петьку-задаваку из соседнего класса, которого надо бы побить». Читать чужие письма учитель не считал возможным, кричать и ругаться — смысла не было, и тогда он решил использовать записки, этот бич урока, которые разрушали правильный педагогический процесс, во благо.
Владимир Михайлович сказал ученикам: «Ребята! С сегодняшнего дня вы можете совершенно спокойно, не стесняясь меня, передавать друг другу записки. Но я ставлю о дно-единственное условие. Все записки должны писаться на немецком языке». Класс ахнул и принял условие. Отпетые лентяи лезли в словари, заучивая целые фразы наизусть, игра захватила и их. Теперь не было урока более любимого и увлекательного, чем иностранный.
Очень легко представить себе, как могла окончиться эта история с записками, если бы Владимир Михайлович вовремя не вспомнил об игре. Он стал бы вызывать родителей, стал бы ставить двойки, сделал бы иностранный язык самым ненавистным предметом в школе. Но он вовремя вспомнил себя и свое детство. Как легко нам играть в эти годы и как трудно учиться! А так — изменился класс, изменилась атмосфера, изменились отношения между учителем и ребятами. И всего-то надо было — поиграть с ними...
Потом Владимир Михайлович переехал в Лесной городок — небольшой подмосковный поселок. И здесь он тоже столкнулся с сильным отставанием ребят от программы, с отсутствием минимального словарного запаса, со слабой системой знаний.
Конечно, хочется опять, для красоты, услышать ту же историю, как молодой учитель увидел записки на уроке и велел писать их по-немецки. И тогда они превратились бы в стройную педагогическую систему.
Но в жизни почему-то так не произошло: в школе Лесного городка язык не знали, но на уроках сидели спокойно, смотрели пустыми глазами на учителя и с нетерпением ждали, когда урок закончится. Звенел звонок, ребята уходили, и Владимир Михайлович мучился, думал, что же делать. Он понимал: насильно записки вводить нельзя, система работать не будет. Нужно придумать что-то другое.
И вот однажды пришли, как обычно, на урок школьники, чтобы сидеть и ждать звонка, но вдруг видят...
На каждом предмете, который находился в классе, прикреплен листок, на котором ясно выведено название предмета на немецком языке. На парте, на школьной доске, на окне, на дверях, на форточке. В общем, везде, даже на пиджаке учителя, красовалась белая бумажка с латинскими буквами.
И опять началась игра. Владимир Михайлович увлек весь класс. Скоро в нему стали приходить родители, рассказывать о своих детях, которые всю квартиру залепили белыми карточками — и кухню и комнаты.
Так игра выручала учителя в его педагогической деятельности, а он пытался каждый раз воспользоваться ее волшебным свойством — учить, забывая об учебе, играя, и, даже играючи, говорить о важном, давать знания.
А дальше... Сложно сказать, что же подтолкнуло В. М. Григорьева к его сегодняшней страсти: то ли желание отплатить играм благодарностью — ведь так они выручали его! — то ли любовь к играм, стремление как можно больше узнать о них?
Короче говоря, Григорьев вместе со своим классом пошел по старым русским землям собирать игры. В этом ничего, в принципе, удивительного нет. Фольклорные экспедиции существовали всегда, и всегда они были огромным и важным источником пополнения наших знаний о культуре того или иного народа. Из экспедиций приносили песни, предания, сказки, напевы, частушки. Но вот игры... Их никто не собирал.
А они пошли за играми. Владимир Михайлович, его жена, ставшая единомышленником, его ученики. Когда приходили в очередную деревню, местные жители долго не могли понять, что же им надо. А когда все же удавалось объяснить, начинали рассказывать все хором и взрослые, и дети, — все.
Но, как ни странно, иногда сформулировать правила было сложнее, чем просто показать игру. Многое непонятно. Почему один стоит, а другие бегут? Почему к этому нельзя подходить, а к тому можно?
Во время рассказа об игре многие нюансы упускались, и в результате игра становилась запутанной, в нее невозможно было играть.
Представьте на минуту, что к вам пришел человек и попросил объяснить правила футбола. Вы ему начинаете рассказывать про ворота, про одиннадцать игроков, про вратаря, объясняете, куда должен попасть мяч, но забыли сказать, что нельзя играть рукой. Или ничего не сказали про аут и угловой, что нельзя игрока задерживать руками, забыли про вратарскую площадку и про штрафную. В результате играть в футбол будет невозможно, будет одно сплошное мучение.
А тут игра, у которой нет никаких жестких правил. Часто случалось, что в одну и ту же игру в одной деревне играли так, а в другой — совсем по-другому. К тому же никто никогда правила специально не формулировал. Приходилось местным жителям напрягать всю свою смекалку, призывать весь свой опыт, чтобы правильно и не запутанно объяснить, растолковать школьникам правила игры.
Все тщательно записывалось в журнал, в толстые общие тетрадки, чтобы потом, дома, после обработки, изложить в связное и толковое объяснение новой (а на самом деле — старой) игры. Чтобы как-то проверить свои записи, они тут же сами начинали играть в только что разученную игру. Эдакий своеобразный научный эксперимент на лесной поляне. Благо лето, погода замечательная, лес, солнце, ну как не поиграть? И они играли.
Конечно, Григорьевы устраивали эти походы не только ради игр. После нескольких дней, проведенных вместе, вот так, в деле, среди природы, в общении с деревенскими жителями, ребят уже невозможно было узнать. Кто сказал, что современным детям нельзя доверять большие дела? Кто сказал, что они люди несамостоятельные?
С палатками, с рюкзаками за плечами десятки километров проходили школьники ежедневно с песнями, без хныканья. А это обыкновенные ребята, которых раньше на занятиях и заметить-то было невозможно! В походных условиях они раскрылись с новой, прекрасной стороны.
Но и игры... Игры, конечно, стали тем цементом, что ли, который их спаял и сплотил. Постепенно дети становились самыми настоящими специалистами по играм. Во время вечернего костра каждый мог часами рассказывать, что знал и что узнал за прожитый день. Не встречалось среди них человека, для которого все, о чем говорилось, было бы скучным или неинтересным.
На одной из таких «посиделок» возникла идея создать в школе музей игр. Идея страшно всем понравилась, ее горячо обсуждали, каждый предлагал свои варианты экспонатов, которые должны быть в этом музее...
Итак, карты походов — да. Фотографии людей, которые рассказывали ребятам о самых интересных, самых забытых играх, — тоже да. Описания игр с подробными чертежами, планами и объяснениями — безусловно! Какой же музей игр без самих игр? Фотографии самых лучших изыскателей, учеников лесногородской средней школы № 1 — да?..
Тут голоса резко разделились. Одни спрашивали, зачем это нужно, при чем тут лучшие... Другие говорили, что это действительно доброе дело, пусть все знают, кто его делал с особой тщательностью, любовью, преданностью...
И музей стал появляться, возникать. Из ничего. Из тетрадей, в которые записывались итоги очередного похода. Из рисованных фломастерами и карандашами карт. Из дневниковых записей. Этой мозаике мог бы позавидовать любой научно-исследовательский институт, занимающийся проблемами игр (кстати, позже так и произошло: узнали, позавидовали белой завистью и пригласили Владимира Михайловича работать научным сотрудником в лабораторию игры).
Григорьева и ребят отличала от ученых, занимающихся профессионально играми, пожалуй, самая малость — они сами умели в них играть и сами играли. И не на словах, а на деле понимали, ощущали всю прелесть движения — самого главного, что давали и дают игры.
Видимо, не будет большим преувеличением сказать, что подмосковный Лесной городок — самый подкованный по части игр населенный пункт в Советском Союзе. И все это благодаря Владимиру Михайловичу. Он берет в походы все новых и новых ребят. У тех, самых первых, уже появились свои дети, которые пошли в школу, так что процесс втягивания детей в увлекательный поиск забытых старинных игр продолжается. Владимир Михайлович уже совершенно спокойно может уехать из поселка (впрочем, этого он делать не собирается), все равно игры здесь теперь будут любить всегда.
Мы были в гостях у Григорьевых много раз, а первая встреча произошла более десяти лет назад.
...Как раз в тот день к его ребятам приехали школьники из Москвы, чтобы поближе познакомиться с играми, которые были привезены из очередного похода. Владимир Михайлович совсем не похож на человека, который ходит со своими учениками по стране в поисках новых игр. Представлялся он эдаким богатырем, с черной бородой, черными усами, возможно, этот образ был взят из фильмов о геологах — они все с бородой и усами.
А Григорьев был совсем другой. В очках, худой, как учитель из дореволюционной гимназии. И говорил он не басом, не громко, а тихим, спокойным голосом. В тот вечер он рассказывал о своих первых походах с ребятами, о бесценном богатстве — играх, которые являются таким же народным достоянием, как поля, леса, песни, сказки, и их надо беречь, потому что, как это ни печально, но игры вымирают.
Он рассказывал, как они в походах оказывались в деревнях, в которых все давно забыли свои игры, и было ощущение, что это мертвые деревни. Но, говорил он, были у них и другие встречи — радостные, прямо находки. Когда все от мала до велика объясняли им игры, о которых не подозревали ни в одном другом месте нашей страны. И здешние жители так же тщательно берегли игры, как и свои песни, играли в них...
Народные традиции не должны умирать: это корни нашей жизни, это наше прошлое.
Приехавшие ребята слушали рассказ Григорьева, затаив дыхание. То, как увлеченно Владимир Михайлович говорил о своих походах, находках, встречах и открытиях, не могло не тронуть — он заставлял поверить и в свой рассказ, и в свою увлеченность. Да и как можно было не поверить, если рядом сидели его ученики, сверстники гостей, которые к словам учителя добавляли свои детали, свою страстность, свою веру?
А утром ребята из Лесного городка показывали игры, которые они сами только что привезли из дальних мест. После вчерашней лекции, проникнутые уважением к такой вроде бы простенькой штуке, как игра, гости относились ко всему со вниманием, почтением и повышенным интересом. Но после короткого объяснения правил выяснилось, что игра есть игра и можно ее не только изучать, беречь и уважать, в нее еще можно и играть, и это в ней, наверное, самое главное.
Несмотря на все старания, гости все же проиграли, хозяева их перебегали — сказалась хорошая физическая подготовка. Но вообще-то большого расстройства из-за поражения не было. На наших глазах в Лесном городке ребятам были преподаны сразу несколько уроков — урок истории, урок бережливости, урок красоты, урок физкультуры.
У нас не возникало иллюзий, что ребята, которые садились в электричку в сторону Москвы, пойдут завтра или в ближайшие каникулы по деревням Ивановской или Костромской области в поисках игр. Но было другое ощущение — теперь эти мальчишки и девчонки на многое станут смотреть другими глазами. И играми они тоже заинтересуются, это точно.
Впрочем, мы слишком далеко ушли от настоящего времени в нашем рассказе об учителе Владимире Михайловиче Григорьеве. Учитель сейчас не просто учитель, а еще и сотрудник НИИ общих проблем воспитания Академии педагогических наук СССР. Вот какое это серьезное дело — занятие играми!
Когда в лаборатории игр института узнали об учителе из Лесного городка, там очень быстро поняли, какое богатство собрано за несколько лет Григорьевым и его учениками. А когда познакомились с собранным материалом, то слово «ахнули» абсолютно не выражает тех чувств, которые испытали ученые.
Сказать, что каждый мальчишка и девчонка из лесногородского музея игры мог бы на основании своих записей и наблюдений написать отдельную диссертацию, было бы не самым большим преувеличением. Во всяком случае, самому Григорьеву для научной работы этих фактов более чем достаточно.
Какие планы? Планы все те же. Ходить в походы, собирать все новые и новые игры, искать закономерности в их развитии и распространении.
Если вдруг кому-то показалось, что вот скоро Григорьев и его ребята обо всех играх все узнают, все обойдут и заниматься им больше будет нечем, то можно не беспокоиться. Страна наша так велика, а игр, оказывается, так много, и так надо торопиться, чтобы успеть их записать, что остается только надеяться: у Григорьева появятся новые единомышленники.
Впрочем, они у него уже есть. В этой книге вы познакомитесь со многими замечательными людьми, которые связали свою жизнь с играми или сделали игры своими главными помощниками в работе.
А пока небольшая игровая разминка...
Поставь на землю две палки, слегка опираясь на них руками.
Отпусти палки и, обернувшись вокруг оси, постарайся схватить их, прежде чем они упадут на землю.
Возьми мяч в правую руку. Отведи ее за спину и брось мяч вверх и вперед через левое плечо. Поймай мяч левой рукой.
Отработав это упражнение, смени руки: бросай левой, лови правой.
Приседая на одной ноге, вытяни вперед руки и другую ногу.
Повторяя, меняй ноги.
Стань прямо, соединив пятки и разведя носки. Надо поднять лежащие перед носками камушки, не разгибая коленей.
Держа перед собой палку в горизонтальном положении, перепрыгни через нее, не выпуская ее концов из рук.
Возьми палку в левую руку, другой конец прижми к стене.
Перепрыгни через палку, не отрывая ее от стены.